Бойся своих желаний [СИ] - Александра Авдеенко

Поэтому я быстро соорудила несколько бутербродов, начистила свежей, кхм, относительно свежей парниковой зелени и устроила праздник живота. После этого меня с непреодолимой силой потянуло в сон. Слишком уж день был суматошный. Я еле заставила себя ополоснуться и с блаженством растянулась в кровати, не забыв поставить будильник на шесть утра. Завтра я собиралась посетить Альма-матер.

Пробуждение было удивительно легким. Я быстро вскочила с кровати и ринулась в душ. Энергия из меня била ключом. Неужели Полинка была жаворонком? И тело, помня старые привычки, выдает с утра такой заряд бодрости. Или это просто возраст сказывается? Я быстро облачилась во вчерашние обновки, чуть подкрасила лицо и слегка перекусив, побежала на пары. Дорога проблем не вызывала, почти. В маршрутку сесть я так и не смогла, пришлось топать до корпуса на своих двоих.

— Назарова, а ты сегодня изображаешь барышню-крестьянку? — услышала я за спиной ехидное. — Ты и джинсы с балетками — нереально! И где тебя носило две недели?

— Коленька, — обернулась я к говорившему, — душа моя, Митрофанов. Благодетель, отец родной, с чего это ты обратил на меня свой царственный взор?

В моем голосе было столько ехидства, что бедолага с непривычки опешил.

— Эй, Полька, ты чего? — растерялся он. Черт, опять прокол. По всей видимости, Полинка была тихоней или молчуньей, а про меня этого сказать было никак нельзя. Иногда ехидные реплики вылетали раньше, чем я успевала включить мозги.

— Да ничего, — пожала я плечами, не извиняться же, еще непонятно как бы она себя повела.

— Так, где ты была? — не унимался Митрофанов.

— В больнице, — я спокойно продвигалась через толпу студентов ко входу в корпус.

— У гениколога? — заржал этот идиот, да тут же заткнулся от моей хлесткой пощечины.

— Я в аварию попала, — тихо сказала я и, отвернувшись от него, пошла к доске с расписанием.

— Извини, — Колька нагнал меня и развернул к себе лицом. — Поль, я, правда, дурак. Ничего серьезного, надеюсь?

— Как видишь, нет, — развела я руками. И с чего я раньше думала, что он умничка? Просто потому, что он на парах выдавал хорошие результаты?

— Ну, и ладно. Ну, и хорошо. А ты новость слышала? Зверюга пропала, ее уже две недели нет, пары по гражданскому теперь Арсений Петрович читает, — зашептал он, вытаращив глаза от грандиозности новости. — Думали, что она заболела, но телефон не отвечает, ее бывший муж не знает где она. А в квартире тишина! Представляешь?

Колька рассказывал что-то еще, а я оглушенная новостью уже его не слушала. Я попала. Нет, не так, ПОПАЛА. Они сообщили о моем исчезновении Никите, а это значит, что на уши будут поставлены все, от ментов до врачей. Меня уже ищут, а значит, из квартиры придется убираться в самое ближайшее время. Остаться не получится. Как я объясню ему свое присутствие? Он не Марьванна, с ним отмазка про сдачу квартиры не прокатит. Слишком он хорошо знает мое трепетное к ней отношение. Я всегда жила по принципу мой дом — моя крепость, а врагов в крепость не пускают. Гости у меня были редки, иногда приезжали родители, когда были живы. Заходил Никита, но крайне редко. И все.

— Неужели Зверюга загуляла? — донеслось до меня.

— Почему Зверюга? — спросила я рассеянно.

— Эй, ты чего? — изумился он. — Кто с нас так еще три шкуры драл как она?

— Тебе ли жаловаться? — я горько усмехнулась, это же нужно, как приласкали стервецы. — У тебя же всегда были только пятерки.

— Ну да, она меня любит, за ум, красоту и отличную память, — расплылся он в улыбке.

— Балабол, — я натянула ему на нос бейсболку и пошла дальше.

Занятия прошли странно. Ребята на меня косились, кто-то пытался издеваться над моим новым имиджем. Видимо балетки и джинсы у Полины были не в чести. Весть о моей болезни стараниями Кольки быстро облетела одногруппников, и от меня отстали.

Слушать лекции в исполнении коллег было весело. Арсений Петрович оказался редкостным занудой, начитывая материал со своих конспектов и не отвечая на вопросы студентов. Аудитория быстро заскучала, уткнувшись в тетрадки. Кто-то записывал, кто-то слушал музыку, кто-то играл в морской бой. М-да, я себе такого не позволяла. А ведь на открытых парах коллега до подобного не опускался. Гражданский процесс прошел веселее, его читала старая профессор Оноприенко, но все равно было не то. Чувствовалось, что в суде она была последний раз при царе Горохе. Если и остальные пары будут такими же, то на стационаре мне делать нечего. Переведусь на заочный. И если позволит декан, сдам большую часть предметов экстерном. Очень уж не хочется терять время и деньги, не получая ничего взамен. А еще нужно начинать искать работу. Можно попробовать помощником адвоката или мелким клерком в какой-нибудь юридической конторе с именем, чтобы дальше было легче двигаться по карьерной лестнице.

Ну, вот опять, расстроилась я, вспоминая свои мысли перед аварией о феерической жизни и отсутствии карьерных устремлений. Я, кажется, опять собираюсь наступить на те же грабли, вместо обустройства личной жизни, обустраивать карьеру. А с другой стороны, что мне в этой ситуации еще остается? Можно же попробовать соблюсти баланс между одним и другим. Вдруг получится.

— Полька, — зашептал Митрофанов мне в спину, — а ты с нами в пятницу в клубешник завеешься?

Я, было, хотела отказаться, вспомнив кучу проблем, которые поджидали за дверями университета, но потом одернула себя и согласилась. Пора менять свои привычки.

— Ты куда сегодня? — не унимался Николай.

— Домой, — шепнула я.

— Митрофанов, Назарова! Имейте совесть! — рыкнула на нас мадам Оноприенко.

— Да мы тихо, Изольда Петровна, — сделал жалостливые глазки юный оболтус.

— Слышу я как вы тихо, — проворчала она и продолжила что-то невнятно бубнить.

— Я тебя подвезу, как раз в твою сторону еду, — осчастливил он меня.

— Ладно, — может это и к лучшему, не придется искать самой ее квартиру, благо сумочка Полины была в рюкзаке, а там ключи и паспорт. Я закопошилась, доставая его, за что получила еще один гневный взгляд от нашей драконши. Так ее любили величать не только студенты, но и преподаватели. Пришлось на минуту утихнуть, а потом я опят продолжила изыскания, за что тут же была выдворена с лекции. Это же нужно! Дожила, нарушаю дисциплину на одном из любимейших предметов!

Колька вылетел из кабинета вслед за мной, а так как эта пара была последняя, то мы не стали долго тянуть. Быстро загрузившись в его машину, поехали в дом Полины, кажется теперь уже и мой дом. Через полчаса мы были на окраине Киева. Коля остановил